21 октября
1727 - Полписание русско-китайского Кяхтинского договора
1771 - Родился Дмитрий Петрович Неверовский
О чём писали газеты 21 октября
Полписание русско-китайского Кяхтинского договора
Граф С. Л. Владиславич-Рагузинский (ок.1670-1738)
Карта Российской империи
Чайница без крышки «Кяхтинский чай»
Чайница с металлической крышкой «Кяхтинский чай»
С.Л.Владиславич-Рагузинский “Секретная информация о силе и состоянии Китайского государства…”
Вид Кяхты в XVIII веке

18 июня 1725 года в Китай было направлено посольство во главе с Саввой Лукичем Владиславичем-Рагузинским (ок. 1670-1738). По происхождению серб, потомок боснийских князей Владиславичей, Рагузинский с конца XVIIв. по 1708г. выполнял неофициально политические поручения русских дипломатов в Турции. В 1708г. он поселился в Москве, служил в Посольском приказе, участвовал в Прутском походе 1711г. В 1711-1722гг. он был представителем России в Черногории и итальянских государствах (Венеция, Рим), наблюдал за обучением русских дворян в Италии, вел переговоры с Ватиканом о допуске католической церкви в Россию. И, наконец, в 1725-1728гг. возглавил русское посольство в Китай.

21 октября 1726г. русское посольство прибыло в Пекин. Весь длительный период его пребывания в Пекине был заполнен напряженными переговорами. Состоялось более 30 конференций (заседаний), об их напряженности позволяет судить тот факт, что одних проектов договора о границах было предложено в общей сложности 20. После 21 марта 1727г. было решено перенести переговоры непосредственно на границу. 20 августа 1727г. был заключен Буринский (на р.Буре) предварительный договор, который вошел как составная часть в Кяхтинский договор 1727г. Он определял русско-китайскую границу от перевала Шабин Дабата (Зап. Саян) до р.Аргунь (район сопки Абагайту). Тексты договора составлялись на русском, латинском и маньчжурском языках. Затем русскими и китайскими пограничными комиссарами при помощи русских геодезистов была проведена огромная работа по демаркации новой границы.

После этого 21 октября 1727г. был подписан Кяхтинский русско-китайский договор, завершивший почти трехлетние переговоры, проходившие в общей сложности на 58 конференциях (заседаниях). Договор предусматривал право регулярной посылки русских торговых караванов в Пекин, уточнял условия русской торговли с Китаем, в том числе, разрешал устройство беспошлинного менового торга возле Нерчинска и в Кяхте. Было узаконено постоянное пребывание в Пекине российской духовной миссии. Договор способствовал длительной стабилизации политической обстановки на Дальнем Востоке и дружественным мирным отношениям России с Цинской империей, развитию торговых отношений. Была проведена геодезическая съемка труднодоступных районов Южной Сибири, картографирована вся новая русско-китайская граница.

В статье 4 Кяхтинского договора было сказано об организации беспошлинной русско-китайской торговли в двух пунктах на русско-китайской границе и определено для этого “удобное место при Нипкове (Нерчинском) и на Селенгинской Кяхте, где построятся дома и оградятся оградою или палисадом”. Основанная в 1727г. торговая слобода Кяхта (названная по р.Кяхта) стала центром торговли с Китаем и осталась им до конца XIXв. Через Кяхту в Китай вывозились сукно, мануфактура, пушные товары и юфть, из Китая, главным образом, чай, а также шелк, бархат, предметы прикладного искусства и др. К 1760г. кяхтинская торговля составляла 67% общего торгового оборота России со странами Азии, но подлинный расцвет Кяхты был еще впереди, Кяхтинский договор 1727г. урегулировал нерешенные проблемы русско-китайских отношений и обеспечил их последующее мирное развитие в течение почти 200 лет, он был правовой основой русско-китайских отношений до середины XIXв.

Большое влияние на формирование политики России в отношении Цинской империи оказала секретная записка С.Л.Владиславича-Рагузинского, поданная им 27 декабря 1731г. Соображения, изложенные в ней, легли в основу будущей политики России по отношению к Китаю, направленной на возвращение Приамурья и Приморья. Рагузинский точно описал крайне неустойчивую внутриполитическую обстановку Цинской империи. Он считал, что соотношение сил между двумя странами позволяет России вернуть Амур и все земли, отошедшие от нее по Нерчинскому договору, но сделать это будет нелегко.

Серьезный анализ политических и экономических факторов, сделанный Рагузинским, приводил к выводу, что не стоит начинать войну за возвращение Амура ни теперь, ни в перспективе. С решением Амурского вопроса не следует спешить, применение военных средств не оправданно, и следует действовать в первую очередь политическими и дипломатическими средствами. Рекомендации Рагузинского стали основой позиции русского правительства в течение всего XVIIIв. и вплоть до решения вопроса о возвращении России Приамурья в конце 50-х - начале 60-х годов XIX в.

Марштупа Г. С. Старший научный сотрудник ГИМ