21 марта
1635 - 21 (31) марта 1635 г. родился П.Гордон
1833 - Начало деятельности С.С. Уварова во главе министерства народного просвещения
1995 - Создана Академия полярной медицины и экстремальной экологии человека
О чём писали газеты 21 марта
Начало деятельности С.С. Уварова во главе министерства народного просвещения
Портрет министра народного просвещения С.С.Уварова.
Новое здание Московского университета на Моховой с церковью св. Татьяны.
Записка С.С. Уварова о предметах науки и религии, и их влиянии друг на друга.
Жалованная грамота Николая I на графский титул С.С. Уварову.
Письмо министра народного просвещения С.С. Уварова к императору Николаю I с объяснениями по поводу публикации в Москве в журнале «Телескоп» философических писем П.Я.Чаадаева.
Современник: Литературный журнал, / издаваемый с 1847 года И. Панаевым и Н. Некрасовым:

Граф Сергей Семенович Уваров (1786–1855) – государственный деятель, ученый, меценат, коллекционер; член-корреспондент различных европейских академий; президент С.-Петербургской Академии наук (1818–1855). Родился 25 августа 1786 г. Крестник императрицы Екатерины II. При посредстве родственника известного дипломата А.Б.Куракина был определен на дипломатическое поприще. В 1806-1809 гг. состоял при русском посольстве в Вене, затем секретарем посольства в Париж. Неустанно совершенствовал свое образование, питая особую склонность к «духу классической древности».

31 декабря 1810 г. Уваров был назначен попечителем С.-Петербургского учебного округа, а в 1818 г. – президентом Академии наук, совмещая административные должности с научно-литературными трудами. Разделяя новые веяния времени, примыкал к сообществу реформаторов русской словесности. Входил в литературное общество «Арзамас». Был близок с Н.М.Карамзиным, П.А.Вяземским, В.А.Жуковским, К.Н.Батюшковым. Вместе с тем состоял членом Российского Библейского общества, ратовавшим за перевод книг св. Писания на российское наречие. Активная деятельность «библейских» представителей мистического миссионерства, определила его отход из Общества и заставила «рассудительного» Уварова выражать опасения против одурманивания света подобными учениями, которые поощрялись министром духовных дел и народного просвещения А.Н.Голицыным.

В феврале 1821 г. Уваров был вынужден подать в отставку и с поста попечителя, на фоне инспирированного в кулуарах министерства, и против него, дела профессоров Петербургского университета, обвиненных в распространении среди студентов «духа вольномыслия и безбожных теорий» немецких философов. После отставки Уваров занимал должности по ведомству Министерства финансов, в том числе директора Заемного и Коммерческого банков. Совершал длительные поездки по России, которые по его признанию доставили «точное и глубокое знание страны», делами которой глубоко интересовался.

С воцарением императора Николая I, он был пожалован в сенаторы и вновь привлечен к делам народного образования, работая в Комитете об устройстве учебных заведений. Среди его заслуг усилия по пересмотру жесткого цезнурного устава конца правления Александра I. Сторонник освоения плодов «европейской цивилизации без ее заблуждений», он в тоже время был и принципиальным поборником новых идейных начал царствования по развитию отечественного образования, науки и культуры, не случайно замечая после доверительных разговоров с императором, что «находился в списке тех, на ком предполагалось основать новое управление».

С 1832 г. Уваров получил должность товарища министра народного просвещения, а с 21 марта 1833 г., первоначально в качестве управляющего, на долгие годы возглавил деятельность министерства, уже в следующем году получив официальный портфель министра. В указе нового министра попечителям учебных округов впервые зазвучал идеологический лозунг царствования, что образование должно укореняться «в соединении духа Православия, Самодержавия и Народности», в контексте национальных традиций и актуальных задач современности. «Триада» эпохи была запечатлена позже Уваровым в качестве гербового девиза при получении графского титула в 1846 г.

«Возбуждение духа отечественного без всякой примеси современных идей политических» в политике министерства сопровождалось сословными и административными ограничениями, фактической ликвидацией частного образования. В стране создавалась государственная система специализированных учебных заведений. Росло число высших и общеобразовательных заведений, волостных школ, курсов «практических знаний», обеспечивающих производство и управление профильными кадрами. Правительство поощряло специальными наградами отечественные достижения в области образования и науки, результаты деятельности самого министерства удостаивалось «высочайших» похвал и резолюции Николая I на десятилетнем «Всеподданнейшем отчете»: «Читал с удовольствием».

Особым попечением министра было развитие и сохранения самобытности российской университетской системы. Введение более строгих мер контроля, не уничтожило автономии университетов по новому уставу 1835 г. Был расширен предметный курс, восстановлено преподавание ряда гуманитарных дисциплин, повышены требования к учебному процессу, увеличивался срок обучения. Среди университетов возникла научная специализация. Должности замещались в основном русскими учеными. Для повышения научного уровня практиковались стажировки за границу. Лица с учеными степенями имели преимущество «в чинах», при карьерном росте, поскольку одной из задач было повышение качества государственной службы за счет притока образованных чиновников. Несмотря на вводимые цензурные ограничения, особо по отношению к активно развивающейся журналистике, С.С.Уваров «призывал к гибкости» своих подчиненных, чтобы «не возникло в обществе ощущения угнетенного знания и просвещения» и пытался выдерживать «золотую середину» между ужесточением идеологических мер и «правом на просвещение».

После 1848 г., «страшного революционного хаоса» в Европе, «гибкость» министра не спасла его вновь от обвинений в ««не искоренение духа якобинства» в учебных заведениях. В 1849 г. на волне охранительных мер и борьбы «с университетскими вольностями», поводом стала статья И.И. Дмитриева «О назначении русских университетов и участии их в общественной жизни» в журнале «Современник». Публикация, инспирированная министром против ужесточения надзора и ликвидации автономных прав университетов, привела к недовольству императора и к фактической отставке С.С.Уварова «по болезни».

Но «если справедливо то, что достижения государственного строительства, общественной самодеятельности и культуры так или иначе зиждутся на фундаменте общественного образования» граф Уваров играл в этом процессе выдающуюся роль. Это осознавал сам император и, несмотря на все нюансы «охранительной эпохи» признавали современники, признают и потомки.